Подождите, идет загрузка

Разложение ФНПР и шансы для социалистов

Алексей Гусев - 04.05.2016

Одна из сущностных черт профсоюза состоит в том, что это не просто организация для борьбы за элементарные экономические интересы рабочих, но организация самофинансируемая, живущая за счет взносов своих членов. Уже это означает, что так называемые "официальные профсоюзы", входящие в структуру ФНПР, на звание профсоюза не тянут. Такой вывод можно сделать на основе фактов, приведенных в журналистском расследовании «РБК». Оно проливает свет на источники финансирования ФНПР, роль недвижимости в ее доходах и ее политические функции в рамках существующего режима. Стоит отметить несколько наиболее интересных фактов.

Во-первых, главный источник средств для центрального аппарата ФНПР — это не членские взносы, а недвижимость. По словам Шмакова, годовой бюджет этой бюрократической надстройки составляет 200 млн. рублей и на 70% формируется за счет взносов (остальные 30% — доходы от коммерческой деятельности). Однако эта цифра дает очень искаженное представление о том, на что живут руководители ФНПР на региональном и федеральном уровне: озвученные в статье чистые прибыли от "профсоюзной" недвижимости в виде гостиниц и санаториев тянут на несколько миллиардов рублей. И это только верхушка айсберга.

Виды Крыма

К сожалению, журналисты не приводят обобщающей статистики, которая отражала бы доходы всех ячеек, входящих в ФНПР вообще. Однако даже на основе приведенных данных можно заключить: поскольку основной хлеб для "обкомычей", "рескомычей" и центральных аппаратчиков — это коммерция, а никак не привлечение в профсоюз новых членов, постольку у них и нет стимула развивать элементарную экономическую борьбу.

Второй важный факт: бизнес ФНПР сосредоточен именно в тех сферах, где сильно влияние госзаказа, фаворитизма и расцветает коррупция. В качестве примера автор приводит участие ФНПР в реконструкции санаториев к олимпиаде в Сочи.

Наконец, из материала "РБК" видно, что политическая власть отлично оценивает реальную способность ФНПР ей сопротивляться. Говоря об участии ФНПР в трехсторонней комиссии по урегулированию социально-трудовых отношений, куда также входят представители правительства и бизнеса, «РБК» приводит любопытные оценки деятельности ФНПР со стороны представителей власти:

— Некоторые протоколы совещаний [комиссии] огромны, но на этом протоколе все и останавливается: государство проводит собственную политику, — рассказывает неназванный «чиновник Кремля».

— По-настоящему влиять на социально-экономическую политику может профсоюз, который, к примеру, способен вывести людей на улицу. Из-за этого по принципиальным для ФНПР вопросам, например по тем же пенсиям, федерации очень сложно стукнуть кулаком по столу и сказать, что будет так, как они скажут, — подтверждает участник заседаний комиссии.

Действительно, наивно полагать, что ФНПР каким-либо образом «смягчает» политику государства, проводимую в интересах бизнеса и олигархов и путинского чиновничества. Как раз наоборот, выступая частью административного аппарата режима на каждом отдельном заводе, в каждой отдельной отрасли, «гася» недовольство рабочих, мешая им объединяться и, тем самым, становиться в процессе борьбы классом, осознавшим свои простейшие интересы, структуры ФНПР создают необходимую предпосылку для того, чтобы государство могло беспрепятственно осуществлять свою политику. И взамен аппаратчики ФНПР получают синекуры: гарантию сохранности "профсоюзной" собственности, щедрые госзаказы, выгодные контракты и право выступать в качестве доверенных лиц в сделках между олигархами.

medvedev_i_putin_na_pervomayskoy_demonstratsii_thumb_fed_photo

Авторам деловых изданий вроде "РБК", пишущим для бизнесменов и с точки зрения бизнесменов, естественно ругать ФНПР за то, что эта структура — часть вороватого бюрократического аппарата, надежно встроенная во властную вертикаль, а потому подлежит чистке. Но стоит задаться вопросом: так ли сильно функция ФНПР противоречит интересам российских капиталистов и выражающей их мировоззрение либеральной оппозиции?

К примеру, взять те же «пенсии». Партия прогресса Навального, Комитет стратегических инициатив Кудрина и другие либеральные институции сходятся с режимом в коренных вопросах пенсионной «реформы». Во-первых, пенсии должны быть накопительными. Это значит, что каждый гражданин откладывает себе на старость сам, точнее передает часть своей зарплаты в пенсионный фонд, который играет этими средствами на бирже, тем самым их "накаливая" (в то время как в солидарной, или "страховой", пенсионной системе каждое поколение "кормит" своих родителей. Во-вторых, пенсионный возраст необходимо повышать, правда (заметьте эту социальную уступку!), делая это «плавно и постепенно».

Представим, что бы было, если бы на месте ФНПР находилась боевая конфедерация, готовая объявить всеобщую забастовку против подобной «реформы»? Пожалуй, «снятие социальной напряженности» и «социальный мир» «между различными общественными группами», которые проповедует в своей программе та же Партия прогресса, оказалось бы под большим вопросом. Пожалуй, лучше в такой ситуации была бы послушная ФНПР, при условии, что называлась бы она как-нибудь по-новому — скажем, Федерацией свободных или демократических профсоюзов — и вместо непрозрачного финансирования через госзаказы получала бы гранты от фондов содействия «демократизации и развития гражданского общества».

Поэтому мы не можем рассчитывать, что либеральная оппозиция или какая-либо другая сила, оказавшись у власти, «декретом» отменит ФНПР и сознательно создаст максимальный простор для классовой борьбы рабочих. Любому государству как выразителю классовой воли капитала в целом существование соглашательских профсоюзов выгодно.

b_68d75a652bbf4ae0f9637b036fb99386

Но ничто не вечно под луной, и эти соглашательские "профсоюзы" не смогут влачить свое существование без конца. С 1992 по 2016 год официальная численность членов ФНПР снизилась с 62 млн. до 20,7 млн. человек. Доверие к профсоюзам, по опросам общественного мнения, также упало до 24%. Иными словами, способность официальных профсоюзов выступать буфером и гасить недовольство снижается. Владелец крупного частного завода приходит к выводу, что проще на месте беспомощной ФНПРовской «первички» создать просто карманный, «желтый» профсоюз. Главврач больницы, проводящий оптимизацию, приходит к выводу, что ему вовсе необязательно сохранять у себя «профком», тем более следить за наличием у официального профсоюза большинства в коллективе, так как он не рискует своим местом во властной вертикали. Профсоюзные бюрократы областного уровня, получающие барыши от недвижимости и повязанные сделками с бизнесом, не задумываются о судьбе своих «первичек». Хотя в целом для капиталистического класса и его представителя — государства — этот процесс разложения ФНПР не выгоден, он является непреднамеренным результатом того классового наступления, который они совместно осуществляют. Таким образом, создаются предпосылки для обратного действия со стороны рабочих, и оно обязательно будет развиваться.

Наша задача как социалистов – использовать открывающие возможности, развивать самостоятельную классовую борьбу рабочих, внедряясь, когда это возможно, также и в существующие ФНПРовские «первички». На своем живом опыте борьбы убеждаясь, какую, в том числе политическую, роль играет аппарат официальных профсоюзов, рабочие могут и будут приходить к выводу о необходимости построения собственной классовой организации. Участие социалистов – залог того, что этот процесс будет осуществляться проще и быстрее.