Подождите, идет загрузка

«Суфражистка» (2015)

08.03.2016

“Рабочая платформа” поздравляет всех женщин-работниц с Международным днем борьбы за их права и приглашает посмотреть вместе с нами вышедший прошлой осенью фильм, посвященный важной и интересной странице женской борьбы.

С нашей точки зрения безусловное достоинство “Суфражистки” состоит в на редкость гармоничном сочетании яркого, динамичного сюжета с высокой степенью достоверности. Фильм говорит сам за себя, знакомя с малоизвестными большинству из нас историческими событиями, и в то же время посредством не надуманной переклички с сегодняшним днем поднимая важные вопросы о нашей собственной жизни. Это не отжившая история с пыльных архивных полок, а история живая, находящая свое продолжение и сегодня. Поэтому фильм лучше посмотреть, составив свое собственное мнение, чем читать о нем в рецензии. Тем не менее, в нем есть несколько моментов, на которых, как нам кажется, стоит остановить внимание.

Во-первых, существует определенный устоявшийся стереотип “суфражистки”. Мы представляем себе, образованную даму из обеспеченных слоев общества, которой нет нужды зарабатывать себе на хлеб и заботиться о детях, которая поэтому имеет досуг и не знает, чем себя занять. А потому по вымученным из головы идеалистическим соображениям занимается странной “борьбой”, до которой совершенно нет дела простым работницам из народа. И когда главная героиня фильма, простая лондонская прачка Мод Уоттс впервые сталкивается с суфражистками, с криками “За женщин!” бьющими витрины магазинов, она сама воспринимает их именно таким образом.

Однако по мере того, как она “случайно” втягивается в их движение, и мы вместе с ней видим его изнутри, нам становится ясно, что существующее у нас представление как минимум односторонне. В действительности суфражистское движение было крайне разнородно в социальном отношении: наряду с представительницами высших классов или работающими, но относительно обеспеченными женщинами, вроде врача Эдит, в него входили и представительницы низов английского общества такие, как сама Мод или ее подруга Вайолет. Мы начинаем понимать, что движение вовсе не было высосанным из пальца салонным увлечением скучающих барышень, а имело глубокие корни как раз в тяжелом социальном положении женщин-работниц. Мы видим мрачные кадры прачечной, где в облаках пара над чанами с бельем и гладильными досками склонились ряды работниц, видим грубость и придирки хозяина, видим сексуальные приставания и насилие. На слушаниях в парламенте Мод так рассказывает о своей нелегкой жизни: ее мать работала в прачечной с 14 лет, она умерла из-за вызванной вредной работой болезни, когда Мод было 4, с 7 она сама начала работать, в школу не ходила. “Такова жизнь, если ты женщина”. Очевидно, если такие женщины боролись за право голоса, то это не было для них развлечением, а способом изменить свое невыносимое положение. Да и если женщины из высших слоев жертвовали своим имуществом и безопасностью, были готовы на тюремное заключение и унижения, то тоже делали это не со скуки, а потому что несмотря на свое положение смогли подняться выше него и солидаризоваться с женщинами из низов в борьбе за общее дело.

суфражистка2

Второй чрезвычайно важной стороной фильма является яркое изображение той стены отчуждения, непонимания и враждебности, с которой сталкивались суфражистки со стороны своих близких. В действительности это было едва ли не самым тяжелым в их борьбе. Обман, слежка, противодействие и насилие со стороны властей и полиции естественны, к ним можно подготовится. Но что делать, как реагировать, когда твой муж запрещает тебе заниматься делом, которое ты считаешь важным, когда выгоняет из дома и запрещает видится с ребенком? Что делать, когда вдруг начинаешь ощущать пустоту там, где рассчитывала на поддержку и молчание? Им приходилось не просто бороться за свои интересы, но и бороться за саму возможность бороться, за право на собственный голос и активную жизненную позицию.

Прошло сто лет, женщины получили право голоса наравне с мужчинами. Однако два этих момента вовсе не ушли в прошлое. Остался и тяжелый выматывающий труд, безразлично, идет ли речь о врачах с вызывами и бумажной работой, работницах пищепрома или бесправных мигрантках. Осталось и непонимание. И сегодня не только феминистки, но и активистки левых организаций и профсоюзов очень часто сталкиваются с упреками и попытками контроля со стороны родителей, мужей и партнеров, выдерживают давление не только со стороны работодателей и администрации учебных заведений, но и своей семьи. Часто это делается из самых лучших побуждений, в попытке защитить своих любимых, как сделал в конце фильма всегда поддерживающий Эдит муж. Таких людей очень трудно по-человечески осудить, однако они не понимают, что препятствуя своим близким в борьбе, они обрекают их на ту самую жизнь, от которой последние хотят освободиться, ставят их в тяжелую ситуацию выбора между делом и близкими и тем самым только ухудшают их положение. Если они по-настоящему любят своих близких, участвующих в борьбе, им нужно научиться понимать их, оказать помощь и поддержку, которой те так заслуживают. Если они на это не способны, то их слова о любви, беспокойстве и заботе не многого стоят, поскольку за ними скрывается лишь черствый эгоизм, стремление обеспечить свой личный комфорт.

icefilm.ru

Третий момент, который необходимо отметить, состоит в том, что хотя мы, вслед за лидерами социал-демократии того времени, и признаем полностью те общие цели и принципы, за которые боролись суфражистки, однако не можем не относиться критически к их методам. Если представительницы высших слоев играли в движении ведущую роль, то, даже испытывая солидарность с работницами из низов, они не могли не оставить на нем своего отпечатка. Это проявлялось не столько в том, что они были склонны к компромиссам с властью - более консервативная, нацеленная на длительные переговоры с властью часть движения откололась раньше, в то время как собственно суфражистки с их девизом “не словом, а делом”, были готовы на решительное противостояние - сколько в том, какими способами они это противостояние вели. Рассчитывая “привлечь внимание” общества, они начали с акций гражданского неповиновения, а закончили террористической деятельностью, включавшей поджоги и взрывы. Такая “народническая” тактика не только не была способна привлечь к ним массы, вовлечь их в общее действие, но и еще больше изолировала от них, лишала поддержки, заставляла идти все дальше по пути “героев-одиночек”, со всеми трагическими последствиями вроде показанной в конце фильма гибели Эмили Девис.

Между тем, такой путь борьбы вовсе не был единственно возможным. Вместо того, чтобы уходить в подполье, изолируясь от других женщин, давая государственной пропаганде повод для поношений, а полиции - для репрессий, можно было, выставляя те же самые общие требования, начинать с организации работниц в коллективах и борьбы за разрешение локальных проблем. Массовые постоянные структуры, построенные в ходе этой борьбы можно было бы использовать затем и для гораздо больших, по-настоящему революционных преобразований. Именно таким путем шли социал-демократы. И история показала, что будучи последовательно проведенным, он быстрее и легче приводит к цели: мужчины и женщины, пошедшие за большевиками в отсталой полуграмотной России, завоевали гражданское равенство полов на десять лет раньше передовой Британии (это даже если не учитывать того мощного давления, которое русская революция произвела на британский правящий класс). На самом деле и Мод, и Вайолет гораздо естественнее смотрелись бы участницами социалистической партии, организовывающими профсоюз в своей прачечной. И могли бы ими стать…

Если бы не консервативное сопротивление самих социалистических партий. Действительно, если суфражистское движение получило силу и влияние, то в первую очередь потому, что последовательно-классовое социалистическое движение не действовало в достаточной мере решительно во “внеклассовом” женском вопросе. Лидеры социал-демократов - Бебель, Цеткин, Люксембург и другие - отчетливо понимали все значение борьбы женщин и не жалели никаких сил для его разъяснения. Однако им постоянно, из раза в раз приходилось преодолевать сопротивление собственных партий, зараженных господствующими в обществе предрассудками. Достаточно вспомнить сколько раз поднимали на смех и игнорировали Цеткин. Другой показательный пример: лидер суфражисток, Эммелин Панкхерст после разрыва с либералами из-за их нерешительности сочувствовала социалистам, дружила с Кейром Харди и пыталась вступить в Независимую лейбористскую партию, в которую ее не приняли именно из-за ее позиции по женскому вопросу. Безусловно, что если бы социалисты того времени действовали более решительно, то для многих суфражисток из высших слоев классовая солидарность оказалась бы важнее женской, и они встали бы в жесткую оппозицию социалистам. Однако не вызывает сомнения и то, что в этом случае социалистам удалось бы привлечь к себе очень многих женщин, в том числе и суфражисток.

суфражистка4

Консерватизм социалистов в женском вопросе толкал женщин под контроль буржуазных сил, служил тормозом развития движения, ослаблял его. И сегодня мы не должны повторять этих ошибок, отворачиваться от существующих специфически-женских проблем, отодвигать их разрешение до наступления социализма. Внимательно относясь к потребностям женщин, поднимая женские вопросы и предлагая действенные методы их решения, мы способны более эффективно привлекать в наши ряды, усилить движение, приблизить победу социализма.

Конечно, при этом мы считаем, что недостаточно просто вести просветительскую деятельность или стараться привлечь внимание общества, а нужно организовывать женские коллективы, укреплять солидарность между мужчинами и женщинами из рабочего класса, а не возводить между ними стены, учить их сообща бороться за общий интерес. Вероятно, не все течения и тенденции феминизма согласятся с такой постановкой вопроса.

Однако здесь необходимо сказать следующее: у многих социалистических организаций сегодня вошло в обычай всячески третировать феминисток, вступать с ним в ожесточенные споры, стараться показать, что они не правы в том или другом вопросе. Однако сами такие “социалисты” ровно ничего не делают в деле равноправия мужчин и женщин. Такую критиканскую позицию мы считаем глубоко ошибочной. Да, мы можем не соглашаться с теми или иными группами феминисток в том или другом теоретическом или тактическом вопросе. Однако мы солидарны с ними в главном: в необходимости борьбы за полное равноправие полов. К общей цели можно идти разными путями, и, поднимая вопрос положения женщин, феминистки выполняют важную работу. Возможно, она могла бы вестись более эффективно. Однако это не повод отрицать ее значимость. Мы не хотим вступать с ними в полемику, особенно ведущуюся в недружественном ключе. А вместо этого считаем нужным на деле показать эффективность нашей собственной тактики, ориентированной на решение трудовых проблем с помощью организации и коллективных действий. Нам кажется, что именно такой путь, путь “дел, а не слов” в соответствии с суфражистским девизом, скорее всего будет способствовать преодолению существующих противоречий и приведет нас к общей победе.