Подождите, идет загрузка

«Исповедь служанки»: права женщин сквозь призму антиутопии

Ольга Каптиева - 03.07.2017

Весной этого года в Техасе разыгралась сцена, достойная театра. Во время обсуждения законопроекта в здание заксобрания вошла группа женщин, одетых в красные плащи и белые головные уборы. Женщины стояли в коридоре молча, держа в руках плакаты. На плакатах в историческом порядке были законы, которые вводились правительством Техаса в отношении абортов. Последний – около 30 ограничений и требований, которые сводили возможность женщины сделать аборт практически к нулю. Для протеста было достаточно внешнего вида, слова необязательны. Почему? Недавно на экраны вышел сериал «Исповедь служанки» по роману Маргарет Этвуд, который за счет изобразительных средств и актуальности моментально стал одним из самых узнаваемых сериалов современности – и знаменем феминизма по всему миру и особенно в Америке.

Маргарет Этвуд и исполнительницу главной роли Элизабет Мосс в интервью часто спрашивали, не связана ли дата выхода сериала с политической повесткой – слыханное ли дело, что сериал совпал с началом деятельности Трампа, который еще во время предвыборной кампании получил нехорошую славу сексиста. Писательница и актриса, впрочем, заявляли, что производство было запущено задолго до того, как скандал разгорелся и уж тем более до начала правления нового президента. Саму Этвуд еще с давних времен издания романа (1985 г.) называли феминисткой и роман, как и сериал, теперь прочно ассоциируется с идеями радикального феминизма. Но писательница не спешит навешивать на себя ярлыки и заявляет, что дело не только в правах женщин, в правах человека вообще. И важность проблем, поднятых в романе – общечеловеческая.

Сериал снят близко к тексту романа, но это самостоятельное произведение, поэтому в целях максимального приближения к замыслу автора будем прежде всего иметь в виду книгу. В ней рассказывается о недалеком несчастливом будущем, где в результате переворота к власти в Америке пришли религиозные фундаменталисты. Наивысшие посты (по-видимому, военные), занимают Командоры, они отвечают за проведение в жизнь новой политической повестки. Поскольку из-за экологической катастрофы (болезнь и радиация) большинство населения бесплодно, необходимо любыми способами улучшить демографию. Для этого женщины признаются общественными и лишаются всех прав. Фертильные становятся Служанками и выдаются высшим чинам для воспроизводства, остальные делятся на Марф (прислуга), Жен, Тетушек-наставниц и проституток. Женщинам запрещено читать, писать и делать что угодно, кроме непосредственной функции. Любой проступок жестоко карается – увечьем, смертью или отправкой в колонии, где дольше трех лет, как правило, не выживают. Таким образом, женщины не просто лишены прав – они в буквальном смысле сведены к функциям и не имеют имен, только хозяев, за которыми закреплены. Главная героиня не раз замечает, что она не что иное, как чрево с ногами – просто оболочка для вынашивания ребенка.

handmaids-tale-103-4

Удивительно ли, что роман, изданный почти 30 лет назад, стал злободневным именно сейчас? С одной стороны, феминизм, как политически-философское течение, переживает уже т. н. «третью волну», когда в фокусе внимания находятся проблемы восприятия гендера. Феминистский дискурс на подъеме и озвучивается с экранов звездами, говорить об этом становится нормальным, появляются мужчины, которые называют себя феминистами. С другой стороны, проблемы, которые постулируют первая и вторая волны, не решены до сих пор. Можно много говорить о разнице в зарплате и количестве женщин на руководящих должностях. Но если говорить о тех вопросах, что ставит «Исповедь», то обнаружится, что антиутопия – это не просто тревожные картины мрачного будущего, а — по крайней мере, в некоторых странах, — суровое настоящее.

Так, на данный момент приблизительно 25% населения живет в странах, ограничивающих аборты. Безусловно, большая часть из них – страны третьего мира: Африка, Центральная Азия, Южная Америка. Но в их числе, кроме всего прочего, вполне европейские Польша и Ирландия. Так, осенью прошлого года Польшу сотрясли протесты против закона о полном запрете на аборты. В этой стране право на аборт и без того сильно ограничено -- он допускается лишь по медицинским и особым "социальным" показаниям -- когда женщина пострадала от изнасилования. Во времена советского режима Польша добилась разрешения на аборты, но в 90-х оно было отменено под давлением римско-католической и лютеранской церквей, а также политиков правого толка.

В некоторых странах Африки уровень женской грамотности опускается до ошеломляющих 11% (2015 г.). Не стоит и говорить об уровне материнской смертности, доступу женщин к квалифицированному медицинскому персоналу и продолжительности здоровой жизни (данные ВОЗ показывают положительную динамику к 2015 г., но в целом ситуация до сих пор удручающая).

3_3

Таким образом, то, что описывает Этвуд, не так уж далеко от реальности – в некоторых частях мира. Но возможен ли подобный сценарий в странах, господствующих в мире экономически и политически? С момента написания романа и по сей день писательница продолжает утверждать, что это не вымысел, а размышления, основанные на событиях вокруг. Не выдумка, а реальность. Автор даже предпочитает термин «гипотетическая литература» (англ. "speculative fiction"). Она, в противоположность научной фантастике (англ. scince fiction), описывает ситуацию, которая вряд ли сбудется.

Сразу после написания романа на Этвуд обрушились обвинения в раздувании проблемы и выдумывании нереальных ситуаций – и авторка отвечала с достоинством, привлекая собранные газетные вырезки. Моментальное превращение развитой и прогрессивной страны в тиранию – это то, что мы уже видели много раз. С точки зрения женских прав легко вспомнить примеры Ирана и Афганистана, с зрения прав человека вообще – Чили после Альенде. К сожалению, ход история бывает стремителен и взрывоопасен — и далеко не всегда это означает изменения в хорошую сторону.

Затрагивает роман и по-прежнему актуальные классовые темы, хоть и не фокусирует на них внимание. В интервью Этвуд не раз говорила, что роман не только и даже не столько о женщинах, сколько о мироустройстве и о притеснении людей. В «Исповеди», хоть женщины и сегрегированы и угнетены в среднем куда больше мужчин, среди них есть более и менее удачливые. Женам Командоров живется лучше, чем Эконом-женам простых работников и, разумеется, куда лучше, чем Служанкам и Марфам. Классовая сегрегация мужчин также отражена вполне рельефно: командоры имеют доступ к запрещенным вещам с черного рынка и запрещенным удовольствиям; элита вообще имеет значительные привилегии.

Не совсем ясны, впрочем, способы формирования элиты – структуры производства Гилеада роман не касается. Появляются и другие вопросы: непонятно, откуда берутся деньги на войну, содержание огромного количества нерабочих рук, какова теперь роль Гилеада в мировой системе. Предполагается, что непосредственным производящим трудом занимаются колонии. Однако если жизнь там так тяжела, что люди не живут больше трех лет и колонисты – это небольшое количество здоровых мужчин и остальные женщины и люди в возрасте, то как может такой труд вообще быть производительным? Как при такой смертности Гилеад не вымирает? В романе подчеркивается некоторая спонтанность переворота и то, что у власти находятся не специалисты в экономике и социологии, а не слишком вдумчивые религиозные фундаменталисты. Во многом главная героиня – ненадежный рассказчик, который, к тому же, может знать общую картину только по слухам. Непонятно, жизнеспособно ли в принципе общество, описанное Этвуд.

Но, если говорить о сути романа, это вопрос, которым можно пренебречь на фоне актуальности темы, поднятой автором и тем, насколько ярко подняты острые вопросы. И это не только угнетение и сегрегация женщин, сведение их к бессловесным объектам для удовлетворения чьих-то нужд. Это не только пронизывающее все общество классовое неравенство, которое так легко прикрыть хоть религиозной, хоть «прагматической» риторикой. Это в том числе и то, как изменяется мышление человека в условиях господства идеологии, пресловутого «ложного сознания», как то, что еще вчера казалось диким, становится естественным. И вспоминая все прецеденты легитимации самых отвратительных форм угнетения человека человеком — от Германии 30-х до Трампа и ИГИЛ, — становится понятным, насколько остра и актуальна тема, поднятая Этвуд.

1d734ddc0e019b343bbeb90f94df66a3

Сериал привлек внимание, о котором роман не мог бы и мечтать, что не удивительно: мы живем в век «клипового мышления», малых форм и ТВ-шоу. Однако даже при яркой подаче и изобразительной ценности он бы не получил такого влияния, не будь именно сейчас злободневна тема угнетения женщин и неравенства вообще. Пропаганда и популяризация часто наталкивается на то, что для людей «в теме» поднятые вопросы уже много раз разжеваны и понятны, а люди со стороны не готовы так сходу погружаться в незнакомую область. Вероятно, за счет качественной картинки можно получить доступ и к новому сегменту общества, никогда всерьез не задумывавшемуся о проблематике феминизма. А для «своих» он уже стал узнаваемым образом, брендом, с помощью которого можно заниматься реальными делами и бороться за свои, – реальные, – права.

Можно скептически относиться к сериальному формату, можно не любить фантастику и смеяться над антиутопиями, можно не воспринимать всерьез арт-акции с отсылками к поп-культуре. Но нельзя отрицать тот факт, что «Исповедь служанки» затронула «общественный нерв», и то, что сегодня все больше и больше людей обращают внимание на вопиющее общественное неравенство — идет ли речь о неравенстве полов или классовом угнетении, — дает надежду на то, что рано или поздно трудящиеся земли перестанут это терпеть, и построят мир, где каждая женщина и каждый мужчина перестанут быть обезличенными инструментами в руках элит.