Подождите, идет загрузка

Что такое “закон тенденции к понижению нормы прибыли”?

Влад Ваховский - 12.07.2016

Развивающийся мировой экономический кризис вызвал настоятельную потребность в его осмыслении. Последние несколько лет как среди профессиональных - мейнстримных и левых - экономистов, так и среди простых левых активистов не утихают горячие споры о его природе, причинах и перспективах. Одно из центральных мест в этих дискуссиях занимает сформулированный Марксом "закон тенденции к понижению нормы к прибыли". С одной стороны, многие левые убеждены, что именно в нем заключается объяснение кризисов. С другой - сторонники “мейнстрима” пытаются опровергнуть его или найти в нем ошибки. При этом, однако, оказывается, что разные школы и направления понимают суть этого закона очень по-разному. А те самые левые, которые признают за ним особенное, фундаментальное значение, часто вовсе не могут внятно сказать, что именно этот закон утверждает. Некоторые просто не понимают, о чем идет речь, и какое все это имеет значение. Между тем, на самом деле этот важный закон чрезвычайно прост и может быть целиком и полностью объяснен в нескольких коротких пунктах.

1. С чем его следует сравнивать?

Чтобы быстрее всего понять суть этого закона удобно привести похожий пример из области школьной физики - уравнение Клайперона-Менделеева. Пусть у нас имеется некоторое количество газа, скажем, n молей, в состоянии равновесия в закрытом сосуде. У него есть три простые и всем знакомые эмпирически измеримые характеристики: объем V, давление P и температура T. При этом оказывается, что если мы будем изменять эти параметры, то произведения PV и nT будут с хорошей точностью прямо пропорциональны друг другу. Именно этот простой факт и выражает уравнение Клайперона-Менделеева. [В действительности все несколько сложнее, и как раз температура определяется через идеальный газ и его уравнение состояния, но это сейчас к делу не относится.] Следует понимать и помнить, что это уравнение не выполняется точно, а является лишь некоторым приближением к реальным газам. И существует множество других эмпирических и полуэмпирических уравнений состояния, которые описывают их лучше. Однако для обычных газов при обычных условиях оно выполняется более чем с хорошей точностью.

Как можно проще всего понять характер этой зависимости? Конечно, рассмотреть ее частные случаи: зафиксировать одни из входящих в нее величин и посмотреть, как в этих условиях зависят друг от друга оставшиеся. Количество газа обычно полагается постоянным, последовательно фиксируя T, P и V, получаем три частных газовых закона:

  • закон Бойля-Мариотта: при постоянной T давление газа P обратно пропорционально его объему V;
  • закон Гей-Люссака: при постоянном P объем газа V прямо пропорционален температуре T;
  • закон Шарля: при постоянном V давление газа P прямо пропорционально температуре T.

Уравнение Клайперона-Менделеева обобщает и объединяет в себе эти три закона и потому иногда называется объединенным газовым законом. Исторически оно было сформулировано и обосновано гораздо позже трех эмпирических частных законов.

Мы могли бы сформулировать и еще более частные закономерности. Например, такую: при постоянном объеме давление падает вместе с падением температуры. И даже дать ей специальное название, скажем, “закон тенденции к понижению давления газа”. Разумеется этот “закон” вовсе не означал бы, что давление любых газов непрерывно понижается со временем или даже понижается в каком-либо среднем смысле.

2. Что такое “норма прибыли”?

Во всякой науке мы изучаем явления, чтобы разглядеть стоящую за ними сущность и объяснить явления через нее. В соответствии с этим в точных науках есть величины, данные непосредственно, эмпирически, и величины более глубокие, которые вводятся только в ходе теоретического рассмотрения, через которые выражаются эмпирические величины, и с помощью которых становятся понятными их взаимозависимости. Так, в молекулярно-кинетической теории есть непосредственно измеримые давление и температура, и не данные нам непосредственно в чувствах, - например, масса молекулы, средняя кинетическая энергия молекул или вид потенциала межмолекулярного взаимодействия. В микроскопической теории сверхпроводимости есть обычная, измеримая плотность электрического тока, а есть гораздо более нетривиальный “градиент фазы волновой функции конденсата куперовских пар” (что в рамках этой теории по существу одно и то же) и т.п. Как ни покажется парадоксальным, простые и всем известные величины могут быть вполне поняты только через гораздо более глубокие и поначалу не очевидные.

Точно так же обстоит дело в марксистской экономике: в ней непосредственно данные и потому каждому доступные величины, вроде цены, выражаются и объясняются через те, которые можно усмотреть только при помощи теоретического анализа. Такие категории, как “стоимость”, “постоянный и переменный капитал”, “прибавочная стоимость” и ее “норма” являются теоретическими, не данными непосредственно. Не только покупатель и производитель, но и экономист марксистского толка никогда не скажет вам, чему равна стоимость того или иного товара. А его цена просто написана на ценнике…

Так вот, “норма прибыли” является как раз “простой и понятной”, эмпирически данной величиной. Это просто отношение p/K чистой прибыли p, полученной какой-либо компанией за некоторый период, к совокупному капиталу K этой кампании. Если, скажем, компания стоит $10 млрд, а ее прибыль за год составила $340 млн, то ее норма прибыли в этом году равна 3,4%. Каждый капиталист не только совершенно точно знает свою норму прибыли за прошлые года, но и оценивает ожидаемую норму прибыли от инвестиций, т.е. сколько он будет получать от каждого вложенного в производство миллиона. Более того, именно нормы прибыли непосредственно управляют поведением капиталистов, исходя именно из них они принимают те или иные решения. Однако для того, чтобы объяснить величину и изменение нормы прибыли, ее саму следует выразить через более глубокие теоретические величины.

3. Из чего складываются прибыль и капитал?

Итак, норма прибыли - это отношение p/K прибыли к совокупному капиталу. Следовательно, для того, чтобы понять закономерности, которым подчиняется норма прибыли, мы должны проанализировать прибыль и капитал, разбить их на составные части и выяснить закономерности для каждой из них. При этом нужно понимать и помнить, что все рассуждения делаются в том предположении, что все товары продаются по их стоимости, и что рыночная цена компании совпадает с действительной стоимостью ее совокупного капитала. (Эти предположения в действительности являются довольно проблематичными и нуждаются в отдельном подробном обсуждении.)

Весь капитал K какой-либо компании распадается на три основных части:

  • денежный капитал - это те денежные средства, которыми располагает компания;
  • товарный капитал - произведенная, но пока не реализованная продукция;
  • и, наконец, производительный капитал - т.е. та часть капитала, которая непосредственно функционирует в производстве.

Этот производительный капитал в свою очередь распадается на две части:

  • переменный капитал v - это расходуемая в процессе производства рабочая сила наемных работников компании;
  • постоянный капитал c - это все необходимые для изготовления товара средства производства.

Постоянный капитал в свою очередь включает в себя:

  • оборотный капитал Ccirc - это сырье и другие расходные материалы, электроэнергия, полуфабрикаты и т.п., которые расходуются и преобразуются в ходе процесса производства и, таким образом, сразу же переносят всю свою стоимость без остатка на производимый товар;
  • основной капитал Cfix - это здания, машины, инструменты и другое оборудование, которое функционирует в процессе производства в неизменном виде и передает свою стоимость товару не всю сразу же, а лишь постепенно по мере своего износа.

Рассмотрим функционирование капитала за некоторый период, скажем, за год. В течении года количество денег и нереализованных товаров, находящихся на руках у капиталиста, непрерывно изменяется, однако какая-то часть его совокупного капитала M в среднем должна быть связана в этой форме и не может участвовать непосредственно в самом производстве, а лишь обеспечивать обращение капитала на рынке. При этом за этот год капиталист несет следующие расходы на производство:

  • амортизация изношенного основного капитала (обозначим эту часть C‘fix);
  • израсходованный оборотный капитал Ccirc;
  • заработную плату, т.е. покупку переменного капитала v.

В то же время стоимость произведенного (и, как мы предполагаем, успешно реализованного по этой стоимости) за этот год товара складывается из:

  • перешедшей на товар стоимости постоянного капитала, т.е. (C‘fix + Ccirc);
  • вновь произведенной стоимости (v + m), т.е. материализованного в товаре труда рабочих, одна часть которого компенсирует для капиталиста расходы на заработную плату v, а оставшаяся отчуждается в виде прибавочной стоимости m.

Однако капиталист не может сам целиком и полностью потребить всю эту прибавочную стоимость m. Часть ее отчуждается у него другими представителями его буржуазного класса в виде: арендной платы за землю, на которой расположено предприятие; государственных налогов и сборов; процента по банковским кредитам; коррупционной составляющей и т.д. и т.п. Эту отчуждаемую часть обозначим как p’. Оставшаяся часть p = m - p’ представляет искомую эмпирическую категорию прибыли.

Так выглядит разложение капитала и прибыли на составные части в теоретическом рассмотрении. Подчеркнем, однако, что в обыденном представлении каждого отдельного капиталиста дело обстоит совсем не так, поскольку он не пользуется для объяснения процесса теоретическими категориями, а представляет его исключительно в эмпирических терминах. Так, совершенно разные с теоретической точки зрения по своему происхождению и природе составные части v, (C‘fix + Ccirc) и p’ объединяются им в одну рубрику “издержек”, прибавочная стоимость проявляется в виде эмпирической величины “выручки”, денежный и товарный капиталы записываются под рубрикой оборотного капитала на тех же правах, что и сырье и т.д.

4. От чего зависит “норма прибыли”?

Проведя приведенный выше анализ, мы можем, наконец, написать самую общую формулу для нормы прибыли (при условии сделанного выше предположения):

p/K = (m - p’) / (M + c + v)

(Следует не забывать, что c в этой формуле означает весь постоянный капитал, т.е. не только расходуемую за год часть (C‘fix + Ccirc), но и оставшуюся на конец периода часть основного капитала (Cfix - C‘fix)).

Эта формула учитывает в себе все без исключения изменения, которые могут произойти с нормой прибыли, и все факторы, которые могут их вызвать. В этом смысле она совершенно аналогична уравнению Клайперона-Менделеева и является, можно сказать, “объединенным законом нормы прибыли” точно так же, как уравнение Клайперона-Менделеева - объединенным газовым законом.

Но как разобраться в структуре этой общей формулы? Очевидно, точно так же, как и в случае с уравнением Клайперона-Менделеева - надо свести ее к ряду более простых частных закономерностей, последовательно фиксируя все факторы, кроме одного, и рассматривая его влияние на норму прибыли.

Но перед этим надо сделать еще один трюк. Ведь норма прибыли важна как раз потому, что это не абсолютная, а относительная величина, мы рассматриваем ее потому, что нам интересна не величина прибыли как таковая, а прибыль на единицу капитала. Поэтому было бы естественнее рассматривать ее зависимость также не от абсолютных величин, как в полученной выше формуле, а от их отношений друг к другу, т.е. от других норм. Для этого введем следующие дополнительные величины:

  • α = m/v - норма прибавочной стоимости. Это основная, можно сказать, фундаментальная величина, показывающая степень эксплуатации рабочих капиталистом: чем она выше, тем меньшая доля их труда возвращается им в виде зарплаты и тем большая отчуждается капиталистом.
  • β = c/v - органическое строение капитала. Это вторая по важности величина, связанная с уровнем развития производительных сил, степенью механизации и автоматизации производства: чем выше органическое строение, тем большую долю занимает в структуре капитала мертвый труд, овеществленный в машинах и других средствах производства, по отношению к живому труду рабочих.
  • γ = M/v - этот коэффициент, равный отношению денежного и товарного капитала к расходам на заработную плату, характеризует развитие кредитных отношений и сети поставок товаров: чем легче получить кредит и чем проще осуществляются поставки, тем меньше денег и товаров капиталист вынужден держать на руках, и тем больше средств он может пустить в производство.
  • δ = p/m - этот коэффициент равен доли прибавочной стоимости, которая остается на руках у капиталиста после того, как ее часть отчуждена в пользу других представителей буржуазии.

Пользуясь этими четырьмя коэффициентами, мы легко можем переписать через них общую формулу для нормы прибыли:

p/K = δα/(1 + β + γ).

Причем в таком виде полученная формула сохраняет все свое значение не только для отдельно взятой компании, но и для целой отрасли, национальной экономики и даже всего мира. Только в этом случае в нее будет входить усредненная норма прибыли вместе с соответствующим образом усредненными четырьмя коэффициентами.

5. Четыре “тенденции” нормы прибыли

Полагая теперь последовательно три коэффициента постоянными и изменяя четвертый, получим из этого общего закона четыре частных закономерности:

  • При прочих равных норма прибыли прямо пропорциональна степени эксплуатации рабочих. Это утверждение является только другим выражением того факта, что источником всякой прибыли при капитализме является эксплуатация рабочих. Чем меньше зарплаты, чем длиннее рабочий день, чем больше экономия на условиях труда, тем больше заработает капиталист. Успехи профсоюзной борьбы ведут к снижению эксплуатации и падению нормы прибыли, в то время, как усиление эксплуатации благодаря силовому подавлению профсоюзов или, скажем, использованию незащищенной рабочей силы нелегальных мигрантов наоборот - увеличивает норму прибыли.
  • При прочих равных норма прибыли падает вместе с ростом органического строения капитала. Она достигает максимальной величины δα/(1 + γ) при очень низком органическом строении и падает до нуля по мере его неограниченного роста. Таким образом, увеличение механизации и автоматизации производства ведет к уменьшению нормы прибыли. Но может наблюдаться и противоположная ситуация: снижение цен на машины, энергоносители и другие средства производства ведет к уменьшению органического строения данного предприятия, а значит - к росту нормы прибыли. Также в масштабах всей экономики к повышению средней нормы прибыли ведет возникновение и интенсивное развитие отраслей с относительно низким органическим строением, например, сферы услуг.
  • При прочих равных норма прибыли растет вместе с облегчением кредита и поставок товаров, т. е. вместе с уменьшением γ.
  • Наконец, норма прибыли естественным образом прямо пропорциональна той доли прибавочной стоимости, которая остается в личном пользовании капиталистов. Так, уничтожение социальных гарантий, направленное на сокращение налогов, ведет к росту прибылей бизнеса. Как, к слову, и настоящая, не на словах только, а на деле ведущаяся борьба с коррупцией (если речь, конечно, не идет о коррупционном бизнесе, специально предназначенном для отмывания коррупционных доходов).

Разумеется, в действительной жизни никогда не бывает так, чтобы изменялся только один коэффициент, в то время как оставшиеся три оставались неизменными. На самом деле все четыре коэффициента одновременно и непрерывно меняются в большей или меньшей степени. Четыре приведенных выше частных закономерности предстают поэтому в виде четырех одновременно действующих “тенденций”, первая и последняя из которых действуют в одну сторону, а вторая и третья - в другую. Изменение самой же нормы прибыли определяется тем, какая из этих тенденций окажется сильнее и перевесит противодействующие. Например, повышение налогов в странах-гегемонах капиталистической системы, т.е. уменьшение коэффициента δ, может быть компенсировано выводом производства в страны третьего мира с гораздо более жестокой эксплуатацией рабочей силы, т.е. с более высокой нормой прибавочной стоимости α, так, что результирующая норма прибыли не только не снизится, но и возрастет.

Подчеркнем, что с марксистской точки зрения указанные четыре тенденции далеко не равнозначны: первые две из них имеют фундаментальное, определяющее значение. Первая тенденция обуславливает собой классовую борьбу в современном обществе со всеми ее многообразными проявлениями. Вторая тесным образом связана с технологическим развитием и ростом производительных сил, которые, вступая в противоречие с существующими производственными отношениями, порождают экономические кризисы. В то же время третья и четвертая связаны не с производством стоимости, а лишь с ее распределением, отражают главным образом отношения, существующие внутри класса буржуазии, и потому могут иметь лишь дополнительное, вспомогательное значение.

6. Историческое значение закона

Как раз вторая из перечисленных тенденций, сформулированная в выделенном жирным шрифтом утверждении, и составляет содержание знаменитого “Закона тенденции к понижению нормы прибыли”. Повторим его еще раз: “При прочих равных норма прибыли падает вместе с ростом органического строения капитала”. Как видим, этот закон и его объяснение действительно предельно просты.

Однако почему же тогда обыкновенно обсуждается лишь эта частная тенденция, а не общий закон и не следующие из него другие три тенденции? Причины у этого во многом исторические.

Дело в том, что, точно так же, как закон Бойля-Мариотта был не выведен из представления об “идеальном газе”, т.е. о газе невзаимодействующих молекул, а получен эмпирически и лишь много позже нашел свое теоретическое объяснение, так и “тенденция к понижению нормы прибыли” была задолго до Маркса открыта самими капиталистами на их собственном опыте.

Это произошло во второй половине XVIII века, когда в Англии происходила первая промышленная революция, состоявшая в переходе от мануфактурного к машинному производству вместе с соответствующим резким ростом органического строения капитала. Поскольку из-за отсутствия сильного рабочего движения рабочие на фабриках были и без того предельно угнетены, капиталисты не могли компенсировать рост органического строения повышенной эксплуатацией. В результате это приводило к заметному и повсеместному снижению нормы прибыли.

А так как эта величина является не категорией теоретической экономики, а самой важной и знакомой для каждого капиталиста эмпирической величиной, то это падение просто не могло укрыться от их глаз. Оно вызывало у них серьезное беспокойство, которое перекинулось на экономистов-теоретиков и вызвало среди них бурную дискуссию. Однако, поскольку последовательной экономической теории еще не было построено, и даже наиболее выдающиеся экономисты только подбирались к сущности капиталистического производства, никто из них не смог дать удовлетворительное объяснение наблюдаемого явления.

Даже великий классик Дэвид Рикардо ошибался в этом вопросе, в духе экономической школы физиократов объясняя наблюдаемое падение прибылей снижением плодородия почв. Он писал: “...прибыль имеет естественную тенденцию падать, ибо с ростом общества и богатства приходится затрачивать всё больше и больше труда для производства добавочного количества продуктов питания…” Эта его ошибка легко объяснима. Поскольку Рикардо в духе “догмы Смита” вовсе пренебрегал постоянным капиталом в своем рассмотрении, он не рассматривал и органическое строение капитала и его изменения, а значит в принципе не мог получить правильное решение. Так как вторая основная тенденция вовсе исчезала из его поля зрения, он объяснял падение прибыли первой, т.е. падением нормы прибавочной стоимости m/v. А в силу того, что цены промышленных товаров постоянно снижались, рост стоимости рабочей силы мог быть вызван только удорожанием продуктов питания, вызванном возросшей трудозатратностью их производства.

Заслуга Маркса состоит, таким образом, вовсе не в том, что он впервые заметил явление, а в том, что, применив свою теорию прибавочной стоимости, он с легкостью его объяснил, чего не удавалось никому до него. Причем не только объяснил, но и обобщил закон, наряду тенденцией, ответственной за падение нормы прибыли, перечислив также противодействующие ей факторы.

7. О чем “Закон” не говорит?

Однако вместе с тем, что Маркс сделал, нужно сказать и о том, чего он не делал и, более того, не собирался делать, чего он не говорил в своем объяснении, но что ему по недоразумению постоянно приписывают.
Закон не говорит о том, что средняя норма прибыли обязательно должна снижаться в каждый момент времени, точно так же, как приведенный в конце первого раздела шуточный “Закон тенденции к понижению давления газа” не говорит о том, что давление любого газа должно непрерывно падать. Все зависит от исторических условий, которые следует рассматривать конкретно.

Как уже отмечалось выше, увеличение эксплуатации рабочих посредством подавления профсоюзов, вывоза капиталов в страны третьего мира или использования дешевой рабочей силы мигрантов, ведут к повышению прибылей. Нет сомнения, что крах СССР и связанное с ним отступление мирового левого и профсоюзного движения были сильным фактором, действовавшим в сторону повышения нормы прибыли. В ту же самую сторону действует развитие сферы услуг и других отраслей с низким органическим строением. Причем рост нормы прибыли может наблюдаться не только кратковременно, но и в течении значительных исторических периодов.

Это делает совершенно бессмысленной ту часто встречающуюся оговорку, согласно которой норма прибыли, конечно, может увеличиваться в отдельные моменты времени, но, усредненная за продолжительный период времени, скажем, за 10, 20 или 50 лет, обязательно должна падать. Средняя норма прибыли описывает сложную, нерегулярную кривую и может как заметно падать, так и заметно возрастать в течение длительного времени. Однако она имела примерно один порядок величины, что в эпоху Рикардо, что в 20-е, что в 90-е годы XX века. Никакого кардинального, многократного падения за прошедшие два столетия не происходило.

Точно так же совершенно неверно и то, будто “Закон” сам по себе, без учета экономических закономерностей более высокого порядка, является объяснением периодических кризисов перепроизводства. Что это не так, видно хотя бы из того, что капиталистическое производство теоретически возможно и осмыслено при любой, сколь угодно малой норме прибыли. И более того, имеет тенденцию к расширению до тех пор, пока дополнительные инвестиции способны приносить дополнительную прибыль. В то время как “Закон” не только ничего не говорит о расширении капиталистического производства и его пределах, но и не содержит в себе даже намека на цикличность. Он действует масштабе не только всей экономики, но и отдельного капиталистического предприятия, а потому не может непосредственно объяснять такое существенно глобальное явление, как кризис перепроизводства. Для этого “Закон” слишком прост и элементарен.

Чтобы действительно проникнуть в причины и закономерности кризисов необходимо обратиться к гораздо более нетривиальным схемам воспроизводства всего общественного капитала в его подразделениях, а также отклонениям рыночных цен от стоимостей под влиянием игры спроса и предложения. Но, как говорится, это уже совсем другая история...