Подождите, идет загрузка

Выборы, урожайные грядки и классовая борьба

Влад Ваховский, РП-Москва - 30.09.2016

После каждого значительного политического события – особенно, если оно связано с неудачей или поражением – наступает период его осмысления и попыток извлечения уроков. Это далеко не простой процесс, в ходе которого разные его участники занимают противоречивые позиции. Одни разочаровываются, впадают в пессимизм и отчаяние, другие – пытаются найти в произошедшем позитивные моменты и тенденции, чтобы опереться на них в дальнейшей борьбе. К числу таких попыток относится статья Алексея Сахнина «Выборы: хорошие новости». Мы во многом разделяем ее основной посыл. Однако есть в ней и то, с чем мы никак не можем согласиться. Несколько товарищеских замечаний по поводу высказанных в ней мыслей помогут нам сделать более понятной нашу собственную позицию. Ведь правильное и цельное понимание ситуации не может быть выработано иначе, как в ходе диалога и обсуждения различных мнений.

Прежде всего, в чем мы можем согласиться с Алексеем? В том, что Россия с ее совершенно предсказуемыми выборами совсем не является каким-то исключением. Она не только не противостоит в этом отношении демократиям Запада – США, Великобритании, Франции, Германии и т.д., но и уверенно идет с ними в ногу. Алексей пишет:

Россия развивается строго в фарватере важнейших глобальных тенденций, и она не только не сворачивала с магистральных путей, а наоборот, идет впереди многих других стран. …если вы присмотритесь ко всему, что происходит за границами нашего богоспасаемого отечества, вы увидите там, на Западе и Востоке, то же самое, что у нас. Власти игнорируют мнение народа, партии ничем не отличаются друг от друга…

Это очень перекликается с тем, что с долей горького сарказма говорил автор этих строк:

Но вчерашние выборы свидетельствуют прежде всего о том, что в России сформировалась вполне развитая демократия. Ведь чем определяется ее развитие? Прозрачностью, предсказуемостью и способностью существующей политической системы защитить себя от возможных эксцессов и сбоев… Мы можем с полным правом гордиться тем, что в этом не уступаем самым лучшим странам… Олланд продолжает политику Саркози, а Обама — Буша. И если год назад можно было с уверенностью сказать, что Клинтон станет президентом, то почти наверняка так и будет.

Правда, вряд ли такую ситуацию можно считать результатом развития именно последних тенденций. По нашему мнению, которое мы неоднократно высказывали, современное государство преследует только одну цель – поддержание любыми средствами существующей социально-экономической системы. И это относится отнюдь не только к диктаторским и авторитарным режимам, но и к самым демократичным демократиям. Задача существующей (как говорят марксисты, «буржуазной») демократии заключается вовсе не в том, чтобы выражать волю большинства населения, а в том, чтобы манипулировать этим большинством, дать ему иллюзию выбора, возможности влиять на свою жизнь, при этом оставляя реальную власть в руках у элиты. Если эта система начинает давать сбои и перестает работать, ее меняют на более жесткую, как это произошло, например, в ходе свержения президента Альенде в Чили. Но, пока буржуазная демократия существует, манипуляция и обман масс неизменно будут составлять самую ее сущность: во времена Рейгана американские трудящиеся имели ничуть не больше влияния на политику, чем в правление Клинтона или Буша, чем имеют его сейчас. Точно так же во времена Ельцина у российских трудящихся было ничуть не больше власти, чем в первые годы правления Путина, или когда формальным главой государства являлся, как многим тогда казалось, «более демократичный» Медведев.

Конечно, если люди всерьез пытаются изменить положение дел, действуя в рамках этой системы, то рано или поздно к ним начинает приходить осознание того, как она работает. Человек осознает, что его руки связаны, только когда пытается пошевелить ими. Сегодня осознавать положение дел начинают все больше людей (хотя не стоит переоценивать их долю ни в России, ни в США, иллюзии по-прежнему очень сильны). Однако появление такого понимания вовсе не означает, что раньше было лучше. Власть вовсе не «отрывается от народа», она всегда стояла над ним. Просто сейчас этот разрыв становится чуть более очевиден.

Как бы там ни было, мы вполне согласны с Алексеем в том, что результат прошедших выборов ни в малейшей степени не зависел ни от индивидуального решения отдельных людей, ни от той позиции, какую занимали – или даже могли бы занять – маленькие социалистические организации. Поэтому мы просто не считали нужным призывать наших сторонников и читателей к какой-то определенной стратегии участия: ни к голосованию за одну из партий «системной» или же «либеральной» оппозиции, ни к бойкоту, ни к участию в выборах в качестве наблюдателей. Призывать к этому означало бы поддерживать иллюзии в том, что именно такой способ мог бы что-то изменить. Это было бы лукавство, причем лукавство столь же бесполезное. Вместо этого мы старались «объяснить суть выборов и всей политической системы» и прямо писали:

На данный момент и выдвигаться по спискам действующих партий, и кричать о бойкоте выборов, организовать который мы не сможем, попросту бессмысленно…

Непосредственно перед выборами мы говорили:

В современной России всеобъемлющий «административный ресурс» и огромные финансовые ресурсы стоят на страже правящего класса. Так что публичное «политическое поле» надежно зачищено, а до участия в выборах допускаются, помимо властных кандидатов, либо полностью подконтрольные и лояльные «оппозиционеры», либо заведомые маргиналы, выступающие в качестве посмешища или пугала… Чего бы нам не обещали, мы не в состоянии реально как-то влиять на наших «избранников» во власти и на то, что они творят от нашего имени. Вот почему не стоит строить иллюзий относительно реальных возможностей что-то поменять одним только голосованием.

Точно так же, как и Алексей, мы не осуждали и не думали осуждать тех, кто решил вовсе остаться дома, полностью отказавшись от участия в «политическом цирке» и «гнусном избирательном фарсе». Скажем больше, по нашему мнению, в текущей ситуации если человек твердо убежден в важности «избирательных прав», противодействия нарушениям, считает своим «гражданским долгом» голосование или участие в качестве наблюдателя, то это является свидетельством того, что он не до конца понимает, как работает система, что у него сохранились некоторые иллюзии на ее счет. Наоборот, если он или она вовсе не посчитали нужным участвовать в выборах, то это часто является следствием трезвого понимания действительного значения этого участия.

Однако тут возникает вопрос о том, какие выводы человек извлекает из этого (правильного!) понимания? Какие альтернативы участию в выборах он или она видят? И вот здесь наступает момент, в котором мы с Алексеем довольно существенно расходимся. Вот, что он пишет:

…российский народ ведет себя на удивление рационально и логично. …большинство народа пошло чинить парники – то есть, готовиться к неизбежному кризису и вообще делать что-то полезное для себя и своих семей. …люди перестают верить в политический цирк, и у них есть два варианта – идти голосовать за какого-то эпатажного клоуна или чинить парник… Ясно, что вся реальная кинетическая энергия, весь потенциал перемен скапливается в той мало поддающейся изучению зоне, где чинятся теплицы – в тех людях, которые уже не участвуют в гнусном избирательном фарсе.

Мы не думаем отрицать за трудящимися логику и рациональность. Проблема, по нашему мнению, состоит только в том, что возможны разные – и далеко не равнозначные – логики. В любой ситуации – в периоды экономического подъема или кризиса, во время мира или войны, при демократии или диктатуре – перед каждым человеком действительно стоит альтернатива. Но не альтернатива между выборами и урожайными грядками, которую, кажется, только и видит Алексей, а альтернатива между индивидуальным выживанием и коллективной борьбой.

Индивидуальное выживание – очень естественная, почти врожденная реакция на трудности. Затаиться, переждать, перетерпеть, постараться обеспечить себя и свою семью… Действительно, что может быть проще? И Алексей прав в том, что большинство россиян пока выбирает именно эту стратегию. Ведь именно это и означают пресловутые «парники». Разница, однако, в том, что мы, в отличие от него, никак не можем считать «хорошей новостью» это стремление устраниться от общественных столкновений, обеспечить себе пусть небольшой, но собственный островок, на котором можно отгородиться от всех бурь.

На самом деле это как раз очень «плохая новость». Почему? Да, просто потому, что, хотя такая стратегия и может быть до известного предела эффективна, с помощью нее в принципе нельзя переломить ситуацию в целом. Она ведь даже не ставит себе такой цели. «Да пусть хоть весь мир развалится на куски, главное, чтобы мне при этом удалось устоять и выкарабкаться, пусть хоть по головам менее удачливых, но выкарабкаться», - так рассуждает индивидуалист. Согласитесь, это совсем не то, что нужно, чтобы предотвратить кризис.

Но Алексей и не видит необходимости его предотвращать. Для него все большее ухудшение ситуации – неизбежность. «Хотя и грозная, но хорошая новость». Он уже рисует перед нами просто безмерную перспективу:

Мы наблюдаем начало глобального шторма, который неизбежно похоронит всю хлипкую политическую систему, стагнирующую сейчас между Ямалом и Антарктидой.

Но как раз это просто неправда. Ни один кризис в истории сам по себе никогда не приводил к крушению какой-либо политической системы. Сколь бы «хлипкой» она ни была, ни одна система не рухнет, если ее не свалить. А как раз этому больше всего мешает стратегия индивидуального выживания, индивидуалистическое мышление, неготовность и неумение бороться сообща. Если тем, кто заинтересован в изменениях не удастся создать собственную силу, способную свалить власть, то любой кризис приведет вовсе не к ее крушению, а к тому, что она мутирует, трансформируется в нечто гораздо худшее, чем была до сих пор.

Именно это произошло в Украине. Ведь существующий в Киеве режим представляет собой по большей части тот же режим Януковича. Президент убежал, но чиновники и олигархи остались. Произошла только его трансформация в нечто еще более коррумпированное, лживое и антинародное. И произошла вовсе не потому, что, как хотят убедить нас некоторые, кто-то там скакал на Майдане – в конце концов они представляли далеко не большинство населения. А как раз потому, что это пресловутое большинство посчитало за лучшее заниматься своими «парниками». Вот ведь в чем проблема. И это отнюдь не «хорошая новость».

Алексей видит «хорошую новость» в том, что «эта зона [т.е. большинство нашего общества] похожа на первородный хаос – она не структурирована, не организована» и будто бы именно поэтому «стремительно выходит из-под контроля со стороны всех социальных иерархий». Но реальность устроена прямо противоположным образом: чем менее структурированы и организованы трудящиеся, тем легче элите держать их под контролем. Практически полное отсутствие организованности и боевых организаций – это не «хорошая новость», а огромная беда. И пока это остается так, пока в обществе господствует индивидуализм, энергия недовольства, копящаяся в людях, остается не «кинетической энергией», т.е. не энергией движения и действия, а, переворачивая сравнение Алексея, как раз энергией «потенциальной», т.е. такой, которая только при наличии определенных условий может перейти в кинетическую, но с точно таким же успехом может и просто рассеяться в пространстве. Этим условием как раз и является строительство организаций, переход от индивидуального выживания к коллективной классовой борьбе.

Думается, что по крайней мере отчасти не вполне уместный оптимизм Алексея обусловлен старой левофронтовской (и если бы только левофронтовской!) привычкой, заставляющей всегда, при любых условиях «делать хорошую мину при плохой игре». Достаточно просто посмотреть на историю левого движения последних лет:

  •         Разразился мировой финансовый кризис? Положение трудящихся ухудшилось? Хорошая новость! – Значит совсем скоро начнутся протесты и режим падет.
  •         Ожидавшийся протест оказался совсем не пролетарским, а насквозь либеральным? Хорошая новость! – Значит на повестке сейчас буржуазная революция, которая сделает режим более демократичным и откроет трудящимся новые возможности для борьбы.
  •         США и Россия развязали кровавую гражданскую войну в соседней стране? Хорошая новость! – Сейчас восставшие рабочие Донбасса подадут нам пример.
  •         Новая волна кризиса, обрушение нефтяных цен, рубля, и доходов бюджета? Хорошая новость! – Уж сейчас-то «глобальный шторм» наконец-то похоронит «хлипкую политическую систему».
  •         И т.д. и т.п., без конца.

Это какое-то бесконечное хождение по кругу, бесконечное наступание на одни и те же грабли. И нет ничего удивительного, что простые трудящиеся, положение которых становится все хуже, и которые не склонны замечать так много хороших новостей, смотрят на таких «буревестников», рассуждающих в духе формулы «чем хуже, тем лучше», хорошо, если просто с недоумением, предпочитая не идти за ними, а заниматься своими «парниками».

По большому счету подобная риторика (мы просим Алексея не принимать это исключительно на свой счет, сказанное касается большинства левых и – к чему скрывать? – есть в нем и изрядная доля самокритики) представляет собой не что иное, как апологию собственной несознательности и бездеятельности или, по крайней мере, неготовности отказаться от старых неэффективных методов работы. В самом деле, если крушение политической системы произойдет просто вследствие кризиса, как бы само собой, если стремление трудящихся заниматься своими «урожайными грядками» - «хорошая новость», то зачем вообще что-то менять? Все переменится само собой. Зачем идти к ним, пытаться что-то объяснить, организовать людей? Они сами автоматически все осознают и самоорганизуются. А мы пока можем наслаждаться этим пророчеством и «возделывать свой сад» - замкнуться в узких кружках, строго охранять целостность своих микроскопических организаций, тратить время на неконструктивные споры в соцсетях, посещать лекции, кинопоказы и другие интересные мероприятия.

На самом деле очень вероятно, что Алексей не только согласится с большей частью написанного здесь, но и возразит, что это ничуть не противоречит сказанному им самим. Возможно, он ответит что-нибудь вроде: «Да, важна именно коллективная борьба, не спорю. Но все дело в том, что границы индивидуального выживания ограниченны. С развитием кризиса оно перестанет срабатывать, и, чтобы сохранить прежний уровень жизни, трудящиеся просто развитием событий будут вынуждены перейти к коллективным действиям. Тогда из них выдвинутся новые лидеры и сформируются новые структуры». В действительности он и говорит нечто похожее в конце своей статьи:

Эта темная демократическая энергия будет долго и мучительно перебирать формы и имена, то выдвигая на поверхность наших сандерсов, корбинов, ципрасов и (увы) местных трампов и марин ле пен. Пока в конечном итоге не выберет форму, которая действительно подойдет для преобразования текущей реальности.

К сожалению, однако, загвоздка состоит в том, что этот процесс далеко не столь линеен и механистичен, а внутренне противоречив. Да, это так, по мере ухудшения ситуации потребность в коллективной борьбе будет усиливаться. Но ведь есть и другая тенденция, другая сторона этого уравнения – объективные условия этой борьбы, которые тоже ведь будут ухудшаться. Коллективная борьба ведь гораздо сложнее индивидуального выживания, она требует большей сознательности, более развитых навыков и, не в последнюю очередь, опыта. И чем хуже условия, тем больше их требуется. Хотя принципиальная сущность власти не зависит от тех форм, которые она принимает, всякий все же согласится, что бороться легче и проще при демократии и действующем трудовом законодательстве, чем в стране, участвующей в войне, или в которой власти расстреливают рабочих. Как часто рабочие, поднявшись на стихийную борьбу, терпят поражение из-за своей неумелости и неопытности, разочаровываются и вновь возвращаются к индивидуальному выживанию! Их потенциальная энергия действительно рано или поздно переходит в кинетическую, но без поршней организаций, без проверенных лидеров и их опыта, большая ее часть рассеивается, а оставшаяся оказывается недостаточной для сокрушения преграды. Получается, грубо говоря, не пушка, а хлопушка.

От взаимного соотношения этих двух тенденций – усиления потребности в коллективной борьбе и ухудшения условий этой борьбы – критически зависит результат исторического развития. Но именно поэтому мы и не можем сидеть сложа руки, полагаясь на механическое развитие событий, а должны всеми силами стараться опереться на одну из тенденций и максимально усилить ее. Самая малая прибавка здесь может предопределить результат, стать той крупинкой, которая в итоге перевесит.

Именно в этом и состоит наш ответ на вопрос Алексея «Стоит ли печалиться?» Не нужно радоваться без причины, но нет смысла и печалиться. Нужно действовать, трезво оценивая ситуацию и рассчитывая свои силы.

Как бы ни была тяжела ситуация, всегда есть «хорошая новость». Но состоит она именно в том, что Алексей не прав, что альтернатива «выборы/парники», которую он нам предложил, далеко не является единственной. Помимо нее существует и третий путь – коллективная борьба. Причем по самой ее сути нужно не только самому включаться, но и объяснять ее необходимость другим. Не только учиться, но и делиться своим собственным опытом. Не ждать, пока твои проблемы решит кто-то другой, а решать их самим вместе с товарищами. Самим не бояться становиться лидерами, самим создавать собственные организации. Конечно, не всегда это будет получаться, будут и неудачи. Но если перестать «делать хорошую мину при плохой игре», если научиться честно оценивать свои собственные ошибки, даже они станут залогом будущих побед. Только на этом пути трудящиеся способны создать силу, которая в любой ситуации защищала бы их интересы. Имея такую силу, можно и в выборах  участвовать и даже побеждать в этой заведомо нечестной игре.

И если где-то и нужны левые, то именно здесь, на этом фронте, где будет решаться судьба страны. Не в качестве наблюдателей на выборах и не участников бесконечных интернет-споров, от которых ничего не зависит, а организаторов и лидеров рабочего движения. Если мы будем ждать, пока стихийно сформируются «новые лидеры», а сами спокойно заниматься своими старыми делами, то зачем мы тогда вообще нужны? Мы будем просто бесполезным балластом истории, зрителями и комментаторами действия, разворачивающегося без нашего участия.

Членов «Рабочей платформы» такая роль не устраивает. Мы хотим не электоральных симулякров, а участия в реальной борьбе, и призываем к такому участию других. Именно в этом состоял смысл нашей позиции относительно выборов – не призывать к пассивности и неучастию, а стараться направить энергию недовольства туда, где она действительно нужна:

Нужно сконцентрировать свои силы, в первую очередь, на создании настоящей коммунистической партии и организации той социальной базы, на которую она будет опираться. Через работу в социальных движениях, независимых профсоюзах, через участие в дискуссионных площадках и так далее. Через планомерное и простое объяснение широким слоям трудящихся сути выборов, всей политической системы и возможности наёмных работников стать могильщиками этой системы. ...можно и нужно по кирпичику строить реальную антикапиталистическую организацию.